Как мы снимали Ленина

Статья фотографа Леонидова “Как мы снимали Ленина” относится к периоду НЭПа, политической борьбы внутри партии большевиков между Бухариным, Каменевым, Зиновьевым и Сталиным. Это время народного энтузиазма и свободы, передышка после гражданской войны и подготовка к борьбе с врагами – с реальными и с мнимыми.

В это время еще не изобретена фотопленка, ни мы, ни немцы в борьбе за фото первенство еще не создали первый зеркальный фотоаппарат, используются стеклянные фото-пластинки и магниевая реакция вместо вспышки.

Статья не относится к серии сказок про Ленина, она скорее им предшествует и показалась мне интересной и с исторической и с фотографической точки зрения.

Кстати, от твёрдого знака в то время вообще отказались.


Как мы снимали Ленина

Фотограф Леонидов Л.ПО ВОПРОСУ об отношении Владимира Ильича к с’емкам, Н. К. Крупская указы­вает, что Вл. Ильич не любил сниматься, но, по ее точным словам, „подчинялся горькой необходимости”. Внешне, однако, Владимир Ильич перед с’емщиками не выявлял какой-либо досады, нетерпения, неудовольствия, и добро­душно подчинялся этой „горькой необходимо­сти”,—пишет Г. Болтянский в книге „Ленин и кино”.

Не спорю: быть может, для Вл. Ильича с’емка и была „горькою необходимостью”, но замечательно, что за все прошедшие годы В. И. не давал нам этого почувствовать ни одним словом, ни одним движением.

Я говорю о конце 19)8, 19 и 20 годов, о том периоде, когда Вл. Ильич был так обременен и перегружен огромной государственной работой.

С’емка обычно приурочивалась к каким-ни­будь большим событиям, как, например, партс’езд или конгресс Коминтерна, и если вспом­нить, что в эти моменты мы успешно для себя — изредка,конечно —отвлекали внимание Вл.Ильича для фотографирования, то становится особенно ценным и незабываемым чуткое отношение В. И. к труду „даже” фото-репортера, чего, увы, и до сих пор нельзя сказать о других вождях и ответственных работниках. Товарищам, сни­мающим на партс’ездах, с’ездах Советов и кон­грессах, известно, как трудно, например, засиять тов. Зиновьева, как не уговорить на с’емку тов. Сталина или тов. Бухарина.

Ленин с рупоромВ начале 1919 г. в „Центропечать”, где я заведывал фото-отде­лом, утром прибыл Вл. Ильич для записи грам­мофонных речей. Дождавшись окончания записи, я обратился к В. И. с просьбой снять­ся у рупора. Вл. Ильич охотно согласился.

Через два часа после этого заведывавший „Центропечатью” тов. Б. Малкин по дороге в Кремль завез Вл. Ильичу законченную фото­графию с этого снимка. В. И. был удивлен бы­стротой выполнения и доволен.

В то же утро Вл. Ильич не отказался сняться в группе сотрудников, записывавших его речи для граммофона, несмотря на то, что каждая минута у В. И. была рассчитана.

Во время с’емки, пока я усаживал группу, произошло характеризующее Вл. Ильича об’яснение с прибывшим из Берлина спецом-механи­ком граммофонных аппаратов. Немец, гр. Кибарт, пожаловался Вл. Ильичу, что с ним нарушают договор: он должен был получать свое жалованье в иностранной валюте, а ему выдают „руссише папирбонен” (русскими бумажками).

— Вы сами понимаете, герр Ленин, что я на эти бумажки ничего не могу купить!..

Вл. Ильич успокоил немца и тут же твердо внушил заведующему отделом:

— Надо уметь выполнять договор с ино­странцем. Немедленно урегулируйте этот вопрос в Наркомфине.

В тот же день немец, конечно, получил полное удовлетворение.

В том же 1919 году в Кремле, в Митрофаньевском зале, происходила новая запись речей Вл. Ильича.

Расставив аппарат и подготовив магний (было темно), я дожидался конца записи, во время которой В. И. пришел в очень доброе настрое­ние, случайно оговорившись в рупор.

Речь шла о революции в Венгрии. Вл. Ильич начинает:

— Когда я по радио говорил с тов. „Радио” (повторяет) —„Р а д и о – К у н” (вместо „Бела- Кун”) — и тут же сам расхохотался во всю… Воск воспринял и „Радио-Кун”, и добрый хохоток Вл. Ильича.

Заведующий записью тов. Бронштейн пре­рвал запись и предложил:

— Владимир Ильич, хотите послушать, что Вы сказали? — Затем он поставил мембрану. Воск точно передавал голос, смех и „Радио-Куна”.

— Это удивительно! — сказал Вл. Ильич: — Я в первый раз слышу свой собственный голос. Впечатление такое, что говорит не то еврей, не то француз.—И Вл. Ильич продолжал добро посмеиваться. Как известно, В. И. выговаривал грассируя букву „р”.

Портрет Ленина - Леонидов Л.Я воспользовался хорошим настроением Вл. Ильича и попросил его сняться. Каракулевая шапка у него была надвинута на лоб, паль­то накинуто на плечи; усталое, бледное лицо.

— Я простужен, — ответил он.— Здесь хо­лодно, я пальто снять не могу. Давайте уже в другой раз.

Я не повторил сво­ей просьбы, не настаи­вал, по, очевидно, изу­мительно чуткий Ильич заметил огорчение, не­вольно отразившееся на моем лице, и тут же сказал:

— Ну, хорошо! В пальто хотите? Сни­майте, только недол­го.— И, надев пальто в рукава, В. И. поправил шапку.

Я наскоро, волнуясь, чтобы не задержать Вл. Ильича, сделал снимок. Проявил. Выражение лица В. И. получилось немного суровое, совсем не характерное для его, всегда удивленно-добродушного на фотографии, лица.

Этот снимок впоследствии получил большое распространение.

И до и после этого я снимал Вл. Ильича в различные моменты. В одном из снимков группы делегатов IX с’езда РКП—В. И. улы­бается. Хорошее выражение.

Затем— с’емка в Кремле. Март 1920 г. Вече­рело. Накрапывал дождь. Звонок из секрета­риата ЦК партии: „Приезжайте снимать”. Ма­шина. Через 6 минут я был в Кремле, на лест­нице здания ВЦИК, перед группой товарищей, вернувшихся с подавления Кронштадтского мя­тежа. Вл. Ильич стоял среди товарищей, нежно заглядывал в глаза рядом с ним стоявшему делегату, раненому в Кронштадте и сплошь перевязанному, я о чем-то с ним беседовал.

В. И. терпеливо ожидал, покуда кто-то по­бежал наверх, в зал заседаний, за задержавшимся Л. Д. Троцким и другими товарищами. Снимок был сделан. Пока товарищи интересовались и осведомлялись у меня, как получить снимок, В. И., попрощавшись со всеми за руку, быстро удалился к себе.

Вспоминаю еще один момент. В день похо­рон Я. М. Свердлова, вечером, происходило* открытие IX с’езда РКП. Все находились в по­давленном состоянии. Вл. Ильич и другие това­рищи очень устали. Было неловко даже загова­ривать о с’емке. Однако, профессиональное чувство одержало во мне верх над другими чувствами.

Без всякой надежды на успех, я в перерыве робко попросил у Вл. Ильича разрешения снять президиум, тогда очень полно представленный ленинским ядром (человек 20). Я был поражен мягким тоном В. И., с каким он ответил:

— Товарищ, сейчас нельзя, в конце засе­дания можете снять.

Так я и сделал.

До сих пор я касался тех моментов, когда мне посчастливилось в моей фотографической работе непосредственно соприкоснуться с Вл. Ильичем и снимать, осведомляя его ^об этом заранее.

На улице же, на Красной и других площадях, во время торжеств и годовщин, мы всегда стре­мились сделать с’емку для Вл. Ильича и других товарищей незаметной. Полнота картины, ес­тественность положений и поз, разумеется, от этого очень выигрывали.

Из снимков В. И. Ленина в кабинете попу­лярны: бюст В. И. — снимок М. С. Напельбаума (1917 г.) и „Ильич за Правдой” – П. Оцупа.

Из наружных с’емок Вл. Ильича, хранящихся в Институте Ленина, представляют огромный исторический интерес работы ряда московских товарищей.

Особо надо отметить работы лучшего худож­ника фото-репортера — покойного А. И. Са­вельева. Очень много и добросовестно пора­ботали и оставили прекрасные негативы т. т. В. А. Быстрое (покойный), Г. П. Гольдштейн, Н. Алексеев, К. Кузнецов, П. Усов и В. Лобода, а также ленинградские т. т. Я. В. Штейнберг и бр. Булла.

Вместе с постоянной горечью и печалью, что Ильича уже нет с нами, мы, фотографы,, счастливы, что судьба нас так близко сталки­вала с нашим вождем, с великим Лениным.

Л. Леонидов

Приводимый (ниже) портрет представляет собой выделенную часть снимка „Речь В. И. Ленина на Свердловской площади в день отправки войск на польский фронт”, сделанного 5 мая 1920 г. Л. Леонидовым.
Об этом снимке Г. Болтянский, ошибочно приписавший его Гольдштейну, говорит: „Фигура Ильича, изогнувшегося в волевом порыве, и общий план четко вырисовывают грозность момента и передают повышенное настроение находящихся там, где-то за трибу­ной, масс. Что то под’емноо и сильное в этой фотографии-картине. Это — поистине худо­жественная картина, через документальность фотографии передающая необычайно ярко всю драматичность момента. Я не знаю ни одной-художественной картины, где бы Ильич—вождь, грозный судья и разоблачитель империалистов, был бы так выявлен, как в этой фотографии”.
Ленин перед рабочими в день отправки войск на польский фронт
Ленин перед рабочимиЛ. ЛЕОНИДОВ, МОСКВА В. И. ЛЕНИН. 1920

Оставить комментарий

Вы можете использовать эти HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>